Ситуация вокруг ударов США по так называемым «нарколодкам» у берегов Венесуэлы продолжает вызывать широкий резонанс как внутри самих Соединенных Штатов, так и на международной арене. По данным The New York Times, американские военные проводят операции, опираясь не на полностью подтвержденные разведданные, а на предположения о причастности экипажей к наркокартелям. Это становится поводом для острой критики, поскольку подобная практика означает отход от прежней доктрины, когда Пентагон наносил удары исключительно по точно установленным целям.

Министр обороны США Пит Хегсет, по сообщениям источников издания, не обладает достоверной информацией о том, кого именно уничтожают американские силы в ходе этих операций. Известно лишь то, что у военных есть определенная уверенность: суда перевозят наркотики, а среди экипажа присутствуют лица, связанные с криминальными структурами. Однако подобная «уверенность» не заменяет собой надежных доказательств, что и вызывает опасение у части политиков. Конгрессмен Джим Хаймс открыто признает риск: Вашингтон может уничтожать людей, не имеющих прямого отношения к наркобизнесу. В лучшем случае — низшие звенья преступных группировок, в худшем — обычных рыбаков, которые оказались под ударом из-за случайного стечения обстоятельств.

По словам Хаймса, борьба с наркотрафиком традиционно была направлена на лидеров картелей, на тех, кто отвечает за большую часть поставок и организацию преступных сетей. Новая стратегия, по его мнению, кажется бессистемной — она бьет по исполнителям, которые зачастую действуют из чистого отчаяния, пытаясь заработать небольшие деньги на разовой перевозке. Такое смещение акцентов превращает антинаркотическую кампанию в плохо контролируемый процесс, где высок риск ошибок.

При этом подобный подход нельзя назвать полностью новым: во времена администрации Барака Обамы Пентагон также прибегал к ударам по предполагаемым террористам, чья причастность не была доказана на сто процентов. Однако нынешняя ситуация вызывает особенно острые споры, поскольку речь идет о регионе, где обстановка и без того напряжена, а любые военные действия США могут быть расценены как вмешательство в дела суверенного государства.

Министерство обороны США, в свою очередь, не признает сомнений. Представитель Пентагона Шон Парнелл заявил, что все ликвидированные в ходе операций лица были «наркотеррористами», и разведка предоставляет достаточно данных для таких действий. Но внутри военного руководства преобладает не единое мнение. Некоторые высокопоставленные офицеры выражают скептицизм, а адмирал Элвин Холси, руководитель Южного командования, даже обратился с просьбой об отставке, указывая на сомнения в законности проводимых ударов.

Контекст обостряется политической составляющей: администрация Дональда Трампа оправдывает усиление военного присутствия в регионе необходимостью борьбы с наркоторговлей, которая якобы представляет непосредственную угрозу гражданам США. Однако результаты этой стратегии выглядят спорными: с сентября в результате ударов погибли как минимум 83 человека, а точная принадлежность погибших к криминальным структурам остаётся неопределенной.

Реакция Венесуэлы предсказуемо жесткая. Президент Николас Мадуро обвиняет США в попытке государственного переворота и заявляет, что американская военная активность в Карибском бассейне представляет «самую большую угрозу за последние сто лет». В контексте длительного конфликта между Вашингтоном и Каракасом подобные заявления становятся частью широкой политической борьбы, но нельзя отрицать, что присутствие американских сил действительно повышает градус напряженности в регионе.