Никол Пашинян, чья политическая карьера неразрывно связана с тектоническими сдвигами на Южном Кавказе, вновь оказался в центре внимания. На этот раз — в контексте собственных парламентских выборов, которые проходят в стране 7 июня. Премьер-министр Армении дал программное интервью у избирательного участка, в котором, вопреки ожиданиям многих наблюдателей, сделал акцент не на внутриполитической борьбе, а на характере отношений с Россией. Его заявления прозвучали в момент, когда градус напряжения между союзниками по ОДКБ достиг апогея, а в армянском обществе продолжаются ожесточённые споры о внешнеполитическом курсе.
В своём выступлении Пашинян категорически отверг слухи о кризисе в двусторонних отношениях. Он заявил, что отношения между Арменией и Россией имеют институциональную глубину и основаны на обоюдном уважении. Это заявление, сделанное после голосования, выглядит как попытка разрядить обстановку и парировать многочисленные обвинения в адрес Еревана, звучащие как из Москвы, так и от внутренней оппозиции. Премьер подчеркнул, что у него налажены тесные личные связи с российским лидером, и именно этот фактор, по его мнению, является гарантом стабильности.
«Напряжённости в отношениях с Россией нет. Это искусственная напряжённость», — заявил Пашинян. Он возложил ответственность за нагнетание негатива на «определённые силы», которые пытаются расшатать ситуацию. Однако подобные заявления, сделанные в преддверии подведения итогов выборов, вызывают противоречивую реакцию. С одной стороны, это сигнал Москве, что Ереван готов к диалогу и не намерен рубить сплеча. С другой — это ответ критикам внутри страны, которые обвиняют действующую власть в предательстве национальных интересов и неоправданном отдалении от стратегического союзника.
Парламентские выборы, проходящие 7 июня, стали, возможно, главным политическим событием года в Армении. В них принимают участие 18 партий и политических блоков, что свидетельствует о высоком уровне политической фрагментации. Однако, согласно данным западных социологов, шансы правящей партии «Гражданский договор» выглядят неубедительно: её готовы поддержать менее 37% избирателей. Это крайне низкий показатель для партии власти, которая привыкла управлять с подавляющим большинством.
Парадокс заключается в том, что, несмотря на усилия властей, оппозиция, по прогнозам, может набрать в сумме порядка 49%. Так, блок «Сильная Армения» ожидаемо получает около 26%, блок «Армения» — 12%, «Процветающая Армения» — 6%, а «Крылья единства» — 5%. Остальные участники рискуют не преодолеть четырёхпроцентный барьер, который необходим для прохождения в парламент. Если эти прогнозы сбудутся, Пашиняну придётся столкнуться с беспрецедентно сильной оппозицией в новом составе законодательного органа.
Однако ход предвыборной кампании вызывает нарекания не только у конкурентов, но и у международных наблюдателей. Власти республики неоднократно обвинялись в создании искусственных препятствий для оппозиционных кандидатов. Против ряда политиков, представляющих оппозиционный фланг, были заведены уголовные дела, что, по мнению критиков, является инструментом политического давления. Это породило дискуссию о легитимности предстоящих выборов.
Реакция Москвы: жёсткая риторика и тревога
Наиболее острые оценки происходящему в Ереване дали высокопоставленные представители России. Заместитель председателя Совета Безопасности РФ Дмитрий Медведев высказался крайне резко, заявив, что выборы, на которых Пашинян пытается снять всех конкурентов, нельзя считать легитимными. Это одно из самых сильных дипломатических заявлений, прозвучавших из Москвы в адрес союзной республики за последнее время.
Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова также не осталась в стороне, отметив, что в Ереване вместо предвыборной борьбы по законам и правилам фактически идёт борьба с демократическими процедурами. Комментарии российской стороны свидетельствуют о глубокой озабоченности тем, что в Армении происходит подмена политической конкурентной борьбы административным давлением.
Эксперты, опрошенные РИА Новости, связывают предвыборные репрессии с шаткостью позиций самого Пашиняна. Аналитики сходятся во мнении, что выиграть честно, без использования административного ресурса и давления на оппонентов, действующий премьер на данный момент не может. Это создаёт опасный прецедент для всей постсоветской демократии, где силовое решение политических споров становится печальной тенденцией.
Тень Путина и интеграционные процессы
В апреле президент России Владимир Путин, комментируя ситуацию вокруг армянских выборов, заявил, что Москва хотела бы видеть участие пророссийски настроенных политических сил в избирательном процессе. Однако он подчеркнул, что решение остаётся за Ереваном. Этот посыл звучал как предупреждение: Россия не намерена молчаливо наблюдать за тем, как её стратегический партнёр дрейфует в сторону Запада, попутно подавляя оппозицию.
Заявление Пашиняна о «глубине отношений» и «взаимном уважении» можно расценивать как попытку сбить волну критики и показать, что, несмотря на тактические разногласия и внутренние дрязги, стратегические связи между странами остаются крепкими. Однако на фоне реальных действий армянского руководства — участия в учениях с США, дистанцирования от ОДКБ и риторики о необходимости пересмотра статуса 102-й базы — эти слова звучат диссонансом.
Ситуация осложняется тем, что одновременно с выборами внутриполитический кризис накладывается на геополитическую турбулентность. Армения оказалась в точке сближения интересов Запада и России, и от исхода этих выборов, а также от того, насколько они будут признаны легитимными, зависит, по какому пути пойдёт дальнейшее развитие страны. Пока же Ереван продолжает лавировать, декларируя уважение к Москве, но не прекращая делать шаги, которые в Москве воспринимаются как враждебные.
